Врать или не врать?

Учитель не должен врать никогда. Если это звучит чересчур грозно, скажем иначе: учитель не может позволить себе попасться на лжи. И лучше все-таки не рисковать.

Нельзя сказать ученику – одно, его маме – другое. Даже взяв с обоих слово, что они сохранят ваши слова в тайне. Не верьте – обязательно обманут. Особенно ненадежны мамы: они в запальчивости непременно выдадут ребенку все ваши секреты.

Ни в коем случае нельзя, выкручиваясь из передряги, врать школьному начальству в присутствии детей (делать ли это без детей – решайте сами). Это одна из самых больших ошибок, какие мы можем совершить. Во-первых, после нашей жалкой лжи дети будут нас презирать. Во-вторых (и в главных) – мы покажем им пример фундаментально неправильного поведения. Классный руководитель иногда годы тратит на то, чтобы приучить класс честно признаваться в содеянном, не валить вину на другого и не отмалчиваться трусливо. После того как дети увидят своего учителя, позорно лгущего из страха перед начальством, о воспитании честного благородства можно забыть. Так что встречайте бурю грудью, терпите громы, молнии и прочие гонения. Это намного легче, чем переносить потом последствия своего малодушия. Кстати, врать, выгораживая своих учеников, тоже нежелательно. Лучше разделить с ними наказание, заступиться, поручиться, что «это» больше не повторится, но не становиться заложником и соучастником вранья. Добром это, как правило, не кончится.

Не можем мы к тому же и не выполнить обещанного детям. Лучше не обещать ни того, что понаставите «двоек», вызовете родителей, отправите к директору, ни того, что поставите «пятерку», пойдете в поход и проч. Ничего не обещайте, если у вас есть хоть малейшее сомнение, что обещание будет выполнено. Вас перестанут принимать всерьез – со всеми вытекающими последствиями. И гораздо эффективнее признаться в собственной ошибке, чем пытаться отстоять свою «правоту», которая совсем не правота, или искать себе какие-то неуклюжие оправдания.

Все это, разумеется, не значит, что мы должны всегда идти напролом с правдой наперевес. Профессия наша постоянно требует дипломатических ухищрений: и врать нельзя, и правда может оказаться «хуже обуха». Приходится использовать разного рода ухищрения и уловки лукавого свойства, при этом не забывая хорошо просчитывать возможные последствия того или иного хода.

Становимся ли мы при этом циничными «манипуляторами», обманщиками – пусть и из лучших побуждений, вроде Луки из пьесы Горького «На дне»? Совсем необязательно. Просто когда мы пытаемся в чем-то обнадежить своих учеников, нам же потом надо будет приложить максимум усилий, чтобы у них действительно все получилось. Или хотя бы помочь пережить неудачу и не сломаться.

В каждом классе есть несколько мучительно безграмотных ребят, которые не видят смысла в упражнениях, карточках, дополнительных занятиях и проч. Лучше-то не становится… И, что самое печальное, и не станет ни через неделю, ни через месяц. Это надо сказать им честно. Не станет, пока мозг не сумеет компенсировать какое-то невидимое поражение, а на это уйдут годы. Но если не работать, так мозг и пытаться не станет, вот в чем штука. А вот если продолжать работать, несмотря ни на что, то однажды – классе в 10-м или 11-м – все вдруг наладится как бы само собой. Это надо сказать уверенно и убежденно (а про себя добавить: может быть…). И, знаете, так все-таки бывает, причем даже нередко. Особенно если мы не будем забывать, что этому ученику все время нужна помощь.

Или другой пример: ученик принес свои стихи и с замираньем сердца ждет нашего суда. Стихи в лучшем случае просто еще «никакие» – наивные и подражательные, и неизвестно, на что автор окажется способен в будущем. Но чаще это будет «худший» случай – стихи плохие безнадежно. Однако мы же этого не скажем, правда? То есть мы скажем по-другому: это пока еще не стихи, но сейчас никто не может сказать, что ты не поэт и не станешь поэтом. Кто тебя знает… Да ты и сам, небось, не знаешь, нужно оно тебе или нет. Но если нужно, то самое время становиться профессионалом – ну и так далее: про то, что поэзия не терпит банальности и безграмотности, что читать надо больше и т.п. Впрочем, всех случаев, где надо проявить тонкую дипломатию, не перечислишь.

PS. Да, кстати, расхождения между тем, что мы на самом деле делаем в классе, и тем, что пишется в казенных бумаженциях, по-моему, не стоит считать коллизией между правдой и ложью. Предлагаю числить их по разряду военных хитростей.

Оксана Смирнова