От «Современника» к чучелу крокодила

Николай Успенский (двоюродный брат Глеба Успенского, также включенного в нашу подборку) — писатель, чья биография в какой-то степени даже интереснее его творчества. В литературу он вошел прежде всего как автор рассказов о крестьянах, написанных конце 1850-х - в начале 60-х годов, по поводу которого Чернышевский написал свою программную статью «Не начало ли перемены?».

Автор статьи подчеркивал, что если прежде «в повестях и очерках из народного быта и характеры, и обычаи, и понятия сильно идеализировались», то Успенский «пишет о народе правду без всяких прикрас». Успенский фактически был объявлен представителем нового литературного направления. Однако после громкого дебюта молодого писателя ждал целый ряд неудач и разочарований, связанных в первую очередь с его трудным характером. Он умудрился рассориться как с редакцией журнала «Современник», где помещал свои первые рассказы, так и впоследствии с целым рядом  литераторов, принявших участие в его судьбе. Последние свои годы он доживал в бедности.

Успенский родился в 1837 году в семье священника в Тульской губернии, учился в Тульской духовной семинарии, и затем, с 1856 года — в петербургской Медико-хирургической академии. Здесь уже проявился его конфликтный характер. Как отмечает Сергей Чупринин в своей статье «Разночинец», где превосходно описана биография писателя, «не проучившись в академии даже года, Успенский бросил ее, свой разрыв с мечтами о высшем образовании и докторской карьере ознаменовав вполне бурсацкой выходкой: препарируя руку трупа, он изрезал ее на куски, изломал выданные ему инструменты, разбросал их по палате -- и ушел. Куда ушел? Зачем? Почему? Были собраны на экстренное заседание профессора академии, и... святотатца изгнали из ее стен с позором».

После ухода из академии Успенский обратился к литературной деятельности и поначалу был принят с распростертыми объятиями в журнале «Современник», руководители которого высоко отзывались о начинающем писателе. В 1861 году он отправился за границу на средства, вырученные от издания книги его рассказов, однако по возвращении поссорился с редактором «Современника» Некрасовым из-за денежных разногласий. В своих воспоминаниях Успенский лаконично излагает суть этого конфликта: «Возвратившись в Петербург, я узнал из достоверного источника, что Некрасов напечатал мои рассказы в количестве 6000 экземпляров ценой по 1 рублю за каждый, а я ограничился поездкой за границу, которая стоила мне только 1000 рублей». Ссора приняла серьезный оборот и повлекла разрыв Успенского с журналом.

Дальнейший жизненный путь литератора связан с целой серией скандалов, подчас имевших какую-то трагикомическую форму. Такова, например, история с попыткой Тургенева помочь начинающему писателю. Тургенев передал Успенскому участок земли в своем имении. Предполагалось, что Успенский сможет поселиться там, вести безбедное существование и заниматься литературой. Однако, по словам самого литератора, его «одолела скука». «Купив землю, я выстроил себе среди поля избенку и нанял караульного, который ходил ко мне ночевать... А была осень... Вокруг моей хижины бушевал порывистый ветер и завывали волки...», - вспоминал Успенский. В результате он решил продать землю, и Тургенев вынужден был сам выкупить участок у своего протеже.

После разрыва с «Современником» Успенский продолжал печататься в умеренно-либеральных журналах. В сущности, он не изменил своей прежней манере беспристрастного описания народной жизни, однако его новые произведения попали под огонь прежде дружественного «Современника», а затем со временем и вовсе перестали привлекать внимание критики.

В целом его творчество достаточно точно и емко охарактеризовал Павел Анненков: «Успенский поставил себе задачей изображение жизни не в подобранные, так сказать, ее минуты, не в чертах, глубоко скрытых на дне ее, а как она мечется в глаза сама собою. Его замечательная способность схватывать на лету каждое явление, со всеми мельчайшими подробностями, его спокойный юмор и откровенная веселость, без напряжения и усилий поддержать ее, тотчас же отличили выгодным образом его рассказы от других произведений в этом роде... Всего более нравилось в рассказах нашего автора отсутствие того мистического существа, которое являлось у прежних писателей под именем народа, стояло за всеми их комическими или безобразными лицами и как будто искупляло их нелепости и их преступления одним своим присутствием. В рассказах г. Успенского это таинственное существо было упразднено; народ разбился на множество отдельных личностей, более или менее пошлых, смешных и карикатурных: он сделался яснее и понятнее, и суждение о нем значительно облегчилось».

На закате своей литературной карьеры Успенский поместил в журнале «Развлечение» возмутившие современников воспоминания об известных русских писателях. В этих мемуарах, выдержанных в основном в ироническом тоне, правду трудно отличить от выдумки. Следует, кстати, признать, что истории Успенского написаны остроумно, живо и увлекательно, так что их можно рассматривать как своеобразный сборник анекдотов. Например, Некрасову Успенский приписывает следующий рассказ о начале его карьеры, когда поэт бедствовал и жил на квартире в нижнем этаже на Васильевском острове: «Лежа на полу на своей шинели, я сделался предметом праздного любопытства уличных зевак, которые с утра до ночи толпились у моих окон. Хозяину дома это пришлось не по нраву, и он приказал закрыть окна ставнями. При свете сального огарка я решился описать одного помещика с женою, у которых я был учителем. Так как хозяин отказал мне в чернилах, я соскоблил от своих сапог ваксу, написал очерк и отнес его в ближайшую редакцию. Это спасло меня от голодной смерти».

В 80-х годах Успенский окончательно опускается, погружается в пьянство, голодает и бродяжничает. Один из известных эпизодов его биографии — путешествия с маленькой дочерью, гармошкой и чучелом крокодила, с которым писатель давал представления в трактирах, распевая частушки и произнося от его лица монологи. В конце концов, не выдержав жизни в нищете, Успенский зарезался.