13 февраля члены Гильдии словесников провели в музеях Москвы открытые литературные занятия. Сергей Волков рассказывал о романе «Евгений Онегин» в Государственном историческом музее, а Антон Скулачев читал и разбирал вместе со слушателями стихотворение О.Мандельштама «За гремучую доблесть грядущих веков» в Музее современного искусства.
Оба занятия прошли на площадках выставок – «Уроки чтения» в ГИМе и «200 ударов в минуту» (совместный проект Политеха, Гослитмузея и МСИ) – и в рамках циклов литературных встреч – «Уроки чтения за чашкой чая» и «Культовые произведения: читаем медленно».
От Пушкина до Мандельштама: два литературных занятия
В Историческом музее шла речь о хорошо знакомом по школьной программе «Евгении Онегине». И тем не менее народу пришло много, не хватило не только стульев, но и банкеток из гардероба, слушателям пришлось сидеть на бортике фонтана Половецкого дворика, на корточках, стоять… Почему так интересен знакомый «Онегин»? Это одна из загадок романа – а именно о его загадках шла речь в лекции.
Медиацентр Исторического музея сделал профессиональную запись лекции. Посмотреть ее можно здесь
«Воздушная громада» - так сказала об Онегине Анна Ахматова. Воздух – легкость, невидимость, почти зримое «ничто». Громада – нечто объемное, массивное. В этом оксюмороне – весь «Онегин», всё из ничего, «энциклопедия русской жизни», выросшая из банального сюжета, построенного на взаимоотношениях двух-трех героев.
Сергей Волков показывал, как в романе на разных уровнях реализуется идея свободы. Это слово стало ключевым в лекции. «Онегин» трактовался как роман о степенях свободы человека в мире, о преодолении стереотипов, штампов, препятствий и обстоятельств, о творчестве как синониме этого преодоления и жизни как синониме творчества.
Особенно любопытным стал рассказ о «неправильностях» этого романа – отсутствии начала, иллюзорности конца, о не оправдывающих читательские ожидания событиях. О фигуре автора, который сознательно организует такое «неправильное» повествование. О парадоксальной писательской стратегии Пушкина: достигать ощущения свободы (ритмической, стиховой, лексической) путем задания жесткой структуры – и ее преодоления.
Фото: Г.Г. Сапожников
Занятие Антона Скулачева было построено по принципу «медленного чтения». Пришедшие в Музей современного искусства любители читать и обсуждать прочитанное получили распечатку стихотворения Мандельштама, сделанную на пишущей машинке. Это не случайно, ведь занятие проходило на уникальной выставке пишущих машинок «200 ударов в минуту». Листочек со стихотворением Мандельштама «За гремучую доблесть грядущих веков» казался только что снятым с витрины экспонатом…
Севшие в кружок участники занятия читали знаменитое стихотворение «про века-волкодава» по одной строке и пытались выдвинуть свои версии толкования прочитанного. При таком подходе каждое слово скрупулезно рассматривалось, обрастая контекстами, ассоциациями, уводящими далеко за пределы текста. В итоге стихотворение предстало как пучок смыслов, как пространство, открытое интерпретациям. И если вопросов возникло больше, чем было найдено ответов, то это тоже важный итог. Почему так силен в этом стихотворении лермонтовский контекст (слова «племя», «сосна», «звезда», «голубой», «сиять» ведут к соответствующим стихотворениям)? К кому обращается поэт («запихай меня лучше, как шапку, в рукав…», «уведи меня в ночь…»)? Важно ли, что слово «трус» означало когда-то «землетрясение»? Кто такой «равный», который только и может убить лирического героя? И – так далее. Полутора часов не хватило на все разговоры о коротком стихотворении.
Циклы занятий и в Историческом музее, и в Музее современного искусства будут продолжены. Не упустите возможности поучаствовать в них.
Фото: Иван Бевз